Category: театр

Category was added automatically. Read all entries about "театр".

База

Форсайт - Артефакт-Сюита - чистый танец

В Большом попала на последнее в этом сезоне представление Артефакт-Сюиты.
Билл Форсайт. Американец, который встал в ряд за Баланчиным и Петипа. И пока за Форсайтом нет никого.
Артефакт-Сюита - полностью очищенный от сюжетных примесей танец. Пуризм соединения музыки и сходящихся-расходящихся линий.
Абсолютно прозрачный опыт созерцания в балете, хочется, чтобы он вообще не прекращался.
Первая часть (в желтых трико) - под скрипичное соло Чаконны Баха из Партиты №2


На ютьюбе нет качественных видео второй части (в зеленом трико) - под фортепианное соло, написанное Эвой Кроссман-Хект. Поэтому промо-видео из Большого с маленькими вкраплениями этой чати. Очень жесткая современная музыка выводит кордебалетный анти-кордебалет на  большой накал. И вдруг открывается огромная разница между женским и мужским. Никогда я её так резко в балетах не чувствовала как здесь.

База

Утренник в Таллине - Щелкунчик


На каникулах (вы тоже эти 10 свободных дней так называете?) съездила в Таллин.
А там в национальной опере дают Щелкунчика. Не могла не взять.

Беру билеты и думаю: Труппа, конечно, провинциальная, да и страна – малюсенькая (1,3 миллиона всего), что-то может пойти не так – рассинхрона будет больше, наверное.
Театр милый, небольшой, бело-синий. Сдержанный (кроме плафона, там вовсю жатва пшеницы и вообще ВДНХ). Атмосфера уютнейшая – все переобуваются (для сапог мешки специальные тряпичные выдают), дети  в принцесс платьях и юбках фатиновых. Праздник.

Началось... 10 минут... 15… Народу на сцене много – человек 25, все ходят, кружат даже время от времени. Периодически подскакивают. Но не танцуют. Балета нет. Знаете, «Ты журналист? Скажи что-нибудь по-журналистки»? Вот и здесь – балета нет. По-балерински что-то приплясывают.
Пришел уже и крестный. Так тоже не танцует – фокусы показывает.
В общем, постановщик всё сделал, чтобы танцевали немного. В первой части был номер с куклами – как танец Суок из Трех толстяков. Был танец со снежинками – бодрые такие снежинки, как Джейн Фонды. А больше танцев как-то и не было – были перемещения. Перемещения мышей, немного перемещения игрушек. Перемещались по-балерински, конечно. Носочек куда надо по смыслу тянут, ручками эттть!

Вторая часть  - дивертисмент из кукольных танцев. Тут уже не наперемещаешься. Пришлось танцевать. Испанский танец – девушка должна была, держась за талию двух партнеров, описывать восьмерку – как будто между двух столбов – за одного схватится, вокруг него покружится и перескакивает к другому. И вот не успевала она, бедная. Видно, что еле-еле, тяжело-тяжело – как будто её относит (как белье на центрифуге), а она из последних сил за мужчин цепляется.
Был удачный (наверное, потому что единственный, где прыгали) русский танец. Прыгал один танцор. Не хочется предполагать, что это потому что он один прыгает в принципе.

В па-де-де Принц (бывший Щелкунчик) танцует не с Машей (она, кстати, там Клара), а с феей Драже. Вот такой, знаете, сюжетный пируэт. Не хочется предполагать, что это потому, что фея Драже – единственная, кто эту партию в принципе может исполнить.
Про танец ничего замечательного не скажу – у меня градус критики к тому моменту так вырос, что даже если там и была полетность, растяжка, высота прыжка, то я их уже не смогла увидеть.
Самое замечательное в этом спектакле был антракт. Мыши вышли в фойе и в буфет, дети визжали – кто от восторга, кто от шока. Полный апофеоз утренника.
(В видео, кстати, национальная опера нарезала балет очень иллюстративно.)

У меня был вопрос, что же делают все театры, которые до уровня мега-трупп не дотягивают? Получается, кто-то исследует менее требовательные и менее растиражированные балеты. Кто-то выстраивает новый язык. А кто-то адаптирует балет под возможности труппы. Урезаться до Карнавальной ночи - может быть и выход, когда у тебя скамейка запасных очень короткая. Только смотреть надо, как-то подготовившись морально, что это вообще другой жанр - почти самодеятельный.
База

Раймонда - и Печорин. Упущенные возможности


Смотрела  "Раймонду" в Большом.
Балет имперский, роскошный (одни костюмы можно разглядывать три часа - изящнейшие цветовые и текстурные комбинации). Музыка - Александра Глазунова. Всё построено вокруг венгерской темы (кажется, что это просто дань моде на национализм в конце 19 века. Венгрия -  как европейская диковинка, которую очень симпатично, кунсткамерно, можно раскрыть в большой постановке. Потому что с либретто венгерские танцы вяжутся никак.)
Зато в либретто есть потенциальная закладка, которая лежит нереализованная и скрывает в себе целую историю.
Всё происходит в средневековом замке. Раймонда - племянница графини, хозяйки замка - девушка на выданье. Жених  - рыцарь Жан де Бриен. Жан отправляется в поход против неверных. Вернется - поженятся.
И тут в мечтах Раймонды возникает восточный рыцарь (чем не история о Печорине и чужой невесте? Раймонда - невеста на пороге свадьбы, томится о каком-то неизведанном другом).
На следующий день горячий мужчина из грез материализиуется в виде сарацинского рыцаря (а по каким-то версиям даже царя (sic!) Абдерахмана.
Абдерахман - огонь! Во втором ролике (см в конце поста) он в оранжевом пламенещющем костюме. У Абдерахмана очень страстная партия, огромная и тоже очень пламенная группа поддержки. Раймонда делает вид, что смущается, а сама тянется к Абдерахману.
И дальше авторы либретто проматывают весь накопленный потенциал для мега-балета:
Король Андрей II (единственный венгр в постановке) предлагает рыцарям поделить Раймонду в честном поединке. В честном поединке сарацина убивают.

А ведь как всё могло  бы здорово развернуться:
- Раймонда требует отложить честный поединок до утра.  Ночью Абдерахман пробирается к Раймонде. Ночь полная любви и грез Раймонды о будущем бесконечном счастье. Абдерахман явно начинает офигевать скучать от бесконечных картин семейного уюта.
- Утро -  Раймонда приготовилась к тому, что Абдерахман и она рухнут на колени перед Королем, и он согласится на их брак. Но вместо этого Абдерахман снимает шлем, подходит к рыцарю Жану де Бриену и говорит, что видит, какой Жан де Бриен достойный рыцарь и что нет силы, которая может заставить его, Абдерахмана, встать на пути счастья Жана и Раймонды.
Сарацин прощается, его радостно провожают. Все танцуют.
- Ночь перед свадьбой - Раймонда в трансе. Она понимает, что всё вскроется неизбежно. Идет к рыцарю Жану де Бриену. Рыцарь от новостей впадает в ужас, переходящий в неистовое благодарение Богу, что не дал связать свою жизнь с падшей женщиной. Рыцарь с просветленным лицом отвозит окаменевшую Раймонду в монастырь.
- Следующее утро - рыцарь, преисполненный веры в Божественный за ним контроль и надзор, радостно уходит в крестовый поход.
Все танцуют. Раймонда слышит звуки музыки как часть монастырского песнопения, продолжает вышивать сарацина на церковном аналойнике.
Занавес.
***
Но увы, интересной истории в настоящей "Раймонде" нет. Поэтому остается любоваться только диковинами внутри балета - например, соло Раймонды под фортепианное соло, такой оммаж Шопену от Глазунова. (Первый раз фортепианное соло в балете слышала. Это даже больше шок, чем балерины, которые что-то на сцене говорят)
База

Контекст - Венесуэла

image.jpg
На фестиваль танца Context (патронирует Диана Вишнева) привезли современную Айседору Дункан. Труппа Батшева из Тель-Авива, которой руководит хореограф-визионер Охад Нахарин, танцевала балет Венесуэла про контекст.
Танец идет 40 минут и повторяют его два раза подряд без малейшего зазора. И движения остаются неизменными. Но меняется музыка, меняется свет. И от этих переменных весь смысл сдвигается.
Охад Нахарин создал стиль Гага - он максимально органический. И то, что происходит на сцене, никогда не превращается в геометрию. Если только не считать геометрией рисунок набегающих волн в море.
На сцене у Батшевы всегда все настолько естественное, что описать можно только в целом, как дуб - никогда не нарисуешь каждый его листочек и прожилку коры, но дуб ты видишь и все удовольствие от рассматривания дуба - это возможность углубления в каждую веточку и почку до бесконечности.
Ровно такую же бесконечность дает Батшева.
Первые 40 минут идут под григорианские песнопения. Невыносимо хочется в холодный Париж, чтобы мокрый асфальт, спешить куда-то среди чужих домов.
Во второй части григорианцев больше нет, есть качающие современные биты, их разбавляют Индией. И теперь женщины, едущие на мужчинах, из леди Годив превращаются в амазонок на слонах, если, конечно, амазонки могут быть в Индии.
Да и всё вообще меняется. Сукно полотнищ из первой части, которое было просто холстом, а может быть серыми рясами францисканцев, раскрашивают в почти флаги и то, что происходит теперь на сцене, при абсолютно том же рисунке движений становится какой-то революцией - и мне жаль, что я так плохо ориентируюсь во флагах, потому что я не могу из них составить историю. Оказывается, невозможность истории может мучать.
Вешаю два ролика, чтобы эти смены смысла вы тоже могли хотя бы чуть-чуть  увидеть.


Заратуста

Большой - Русские сезоны - Аполлон-Мусагет - Классическая симфония

Наконец-то открылся мой московский балетный даже не сезон, а период жизни.
В прошлую субботу была на Новой сцене Большого, смотрела три одноактных балета. Мне кажется, что все они объединены какой-то русской темой.



Collapse )